Блог О пользователеovcinnikov

Регистрация

Календарь

  Ноябрь 2011  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30

Пока при ясной памяти, постараюсь записать

 
Даже удивительно, как много хочется записать, но почему-то всё больше не хватает времени и силы-воли...
 

О любви и верности


                                                                                                                              (размышления очевидца)

     Почему нас постоянно преследуют одни и те же проблемы в отношениях с противоположным полом  (с небольшими вариациями).  Почему, когда он увлекается ей (или она им) и понимает, что вот это она (он, дальше не буду менять…) - единственная, та которую искал,  и она  начинает чувствовать и понимать, что ты для неё готов на всё ради того, чтобы ощутить счастье взаимности, и тоже почувствовать, что ты ей приятен, и что она тянется к тебе и ищет возможности больше быть с тобой, скучает и, наконец,  хочет от тебя продолжения в ребёнке.  Женщина от сильных искренних и  чистых чувств мужчины к ней расцветает внешне и внутренне, излучает мощнейшее поле,  которое как свет мотыльков, начинает тянуть других мужчин. Почувствовав искренность силы твоих чувств к ней, она сразу, или постепенно начинает невольно уменьшать силу стремления к тебе, замечать других мужчин, находить в них то, что не может увидеть в тебе  и наконец, соглашаться (хотя бы нетвёрдостью своих отказов) на ухаживания другого и наконец, встречаться с ним, сначала уступив напору, потом  для того, чтобы не изменять своему чувству к нему,  потом из-за того, что у него нет возможности (он как правило женат) постоянно быть с тобой, а ты вот тут рядом всегда когда нужно и чаще теперь, когда не нужно (хочется свободы). С тобой спокойно и комфортно в быту, ты решаешь все хозяйственные проблемы (получая при этом радость помогать любимой, обретая и в этом смысл существования в настоящий момент и инстинктивное желание отдавать себя всего для комфортной жизни Её), да ещё надо ложиться с тобой каждую ночь в постель с надеждой, что ты заснёшь или найти «правдивые» причины, почему сегодня нельзя  (например устала, плохо себя чувствую, мне не надо так  часто, я не привыкла так много, завтра рано вставать, удлиняется период критических дней  и много разных вариантов…).  Постепенно сам осознаёшь, что исчезли моменты счастья, когда она искренне инстинктивно  обнимала тебя, ложась в постель и засыпала у тебя на плече так, как только Она могла, просто подойти к тебе и погладить, позвонить просто так с работы или из машины, ждать дома и злиться, что ты задерживаешься…

     И вот наступает как лавина и обволакивает душу непреодолимая тоска и уныние, и  чтобы ты не предпринял сейчас, всё обернётся против тебя (кроме материальной помощи, которая именно сейчас нужна ей, чтобы чувствовать себя успешной и привлекательной, да просто блистать в обществе и чувствовать, как все вдруг вокруг стали уделять тебе повышенное внимание),  начинаешь постоянно находиться в состоянии «бедного родственника», и  становишься  совершенно непривлекательным как мужчина (и сам чувствуешь это , если совсем не дундук самовлюблённый). Исчезает сила воли, не можешь не удержаться от упрёков к ней  и  «канючения», улетучивается упорство в решении других общих проблем (бытовых, помощь родственникам, на работе и т.п.).  В общем жизнь начинает зависеть от  настроения,  душевного состояния и обстоятельств Её, единственной, кроме которой  не хочется видеть рядом никого (не говоря уже о постели) , и ты сам остро осознаёшь,   как становишься в тягость ей и она, если-бы не материальная поддержка, которая ещё пока нужна, но срочно подыскиваются другие варианты (хочется быть независимой), рада была-бы случаю или поводу «остаться друзьями».

   И вот она всеми правдами и неправдами (сама искренне веря, что вот наступило то настоящее), причиняя невыносимые страдания тебе и, не замечая этого, находит объект обожания, на который обрушивает все нерастраченные чувства и нежность, посвящая ему всё свободное и несвободное время и…   неизбежное – расставание. Конечно, велика  вероятность оказаться ей в той же ситуации, что и ты сейчас, но это возможно потом.  А как жить в настоящий момент?

                                                                             -2-  

    Почему среди моих друзей и знакомых, среди друзей моих друзей и их знакомых нет никого, кто мог-бы взять чужую вещь из незапертой машины, упавший кошелёк, украсть что-то в универсаме и тому подобное, не могут обмануть меня, опасаясь, что умрут от угрызения совести, если это раскроется.  Но в тоже время я и они совершенно спокойно могут превысить разрешённую скорость, пересечь сплошную,  уйти от уплаты налогов, «прихватить»  с госпредприятия чего-нибудь для хозяйства… 

     Где проходит эта стена, за которой наступает настоящее «Нельзя»? И вот задаю главный вопрос, почему Она, посчитав  если не узнаю я, могла изменить с другим, при этом совершенно не ощущая, что делает более страшный поступок, чем украсть чужое…?  Почему не осознавала и не почувствовала , что ей самой было-бы невыносимо больно и непоправимо от такого поступка с моей стороны? Почему не страшно было потерять от этого всё, что связывало нас и помогало жить до этого? Что это за непреодолимая сила, которая тянет в пропасть зависимости от неё, разрушая вокруг чувства близких и любящих её?

     Переступив за эту стену мы не осознаём, ну в лучшем случае потом приходит озарение, что это явление как в сообщающихся сосудах рано или  поздно всё — равно возвращается к нам в более болезненном и изощрённом виде, да ещё и оказываемся мы менее готовы к таким испытаниям и не так «держим удар» как в былые годы. А в большинстве случаев  мы не понимаем, ну почему так много горя и неприятностей приходит именно ко мне и сейчас («пришла беда – открывай ворота») и нет им конца. Случайно посмотрев на себя в зеркало – видишь там безвольное, сломленное и подавленное существо с отвратительной внешностью, осанкой и походкой неуверенного в себе, опустившегося  человека.

    Острота и боль потери возможности просыпаться и видеть рядом Её, как величайший Миг счастья не уменьшается со временем, а только яснее начинаешь  осознавать потерю того, что и завтра не будет лучится в вашем с ней доме облако Её нежности и женственности, теплоты и уюта, не звучать любимый голос, а ещё лучше смех — смысл твоего   существования.    Монотонно, с ускоряющейся частотой будут мелькать дни и месяцы и, каждое утро останавливаться взгляд на положенной её рукой зубной щётке на полочке в ванной, на завёрнутой в пакет её расчёске, а к подушке , на которой она спала крайнюю совместную ночь вообще боишься прикоснуться…

Что за странной времяпровождение, вроде всё продолжается – работа, интересы, развлечения, но всё теперь по- другому, всё вынужденно и как то  через силу, в ожидании настоящего , неужели есть только единственный выход  - другая Она. Но ведь нет  и, кажется больше никогда не будет такой как Она.  Не посетит меня то непреодолимое влечение к  тому, чтобы ощущать рядом  или ждущую тебя любимую и неповторимую…

    Читая эти строки через  семь месяцев сам, и дав почитать  другу, возникает ощущение, что написал это («обиженный самовлюблённый нарцисс» - отзыв друга), кем я себя уж точно не ощущал.  

     (неокончена  мысль…)

     Овчинников Александр                     ноябрь 2010г.

 
 

Яков Абрамович


     С некоторых пор, наверное с середины 90-х, я стал каждые выходные дни с вечера пятницы до утра понедельника проводить в деревне на даче, независимо от времени года. Это получилось естественно, так как была построена деревянная избушка и банька на участке в 20 соток  в живописном месте деревне Соснино между Сергиевым Посадом и Дмитровым, и рядом обосновался на постоянное проживание друг Гена с семьёй, променяв квартиру в Москве на деревенскую жизнь. А жить в деревне оказалось истинное наслаждение в любое время года. Летом – само собой благодать, купание в пруду, выкопанном с Геной для удовольствия жителей его трактором-экскаватором и нанятым бульдозером  и катание на газонокосилке  в  процессе помощи всем соседям по скосу газона,  добыча дров  путём распиливания сухостоя в окружающем нас лесу и подвозу на маленьком тракторчике с прицепом за рулём обычно внучок Ваня (к стати — это и зимой тоже делается с большим удовлетворением на снегоходе с санями собственного изобре-тения и изготовления), полёты на паралёте и выезды с друзьями с детьми на  реку Нерль — Волгу с яхтой. Немного омрачает этот летний отдых в деревне большое количество «грядочников» с беспрерывно тарахтящими бензокосилками и постоянно снующими в клубах оставляемой пыли автомобилями, за рулём которых счастливые обладатели выез-жают по малейшему поводу то за выпивкой и сигаретами, то за водой, да и так просто, вероятно ещё не накатавшись. Особенно это ощущаешь, когда в воскресенье вечером они исчезают в город,  и наступает действительно успокоительная тишина с прекрасными закатами, неторопливыми беседами с Геной и  редкими оставшимися приятными людьми, которые могут себе позволить  поехать не в толпе машин.      Лето пролетает мгновенно (замечено, что с годами всё быстрее), наступает осень, «гря-дочники-фанаты» приезжают всё реже и реже, холодает и вот, унылая для большинства пора начала зимы с морозами без снега, делает более приятными часы в баньке с друзьями и как-то острее ощущения близости с природой. Более размеренны беседы и споры, обсу-ждения политических и космических событий, прозрачнее воздух и наши мысли…                                                                                                             В общем жизнь в деревне оказалась так разнообразна, насыщенна и быстротечна, что не успел я заметить, как пролетело15 лет, из которых последние три года нет с нами одного человека, о котором и хотел написать, начиная этот рассказ.     Однажды, не помню сколько лет назад, зашёл ко мне на участок сухонький, небольшо-го роста пожилой мужчина, назвавшийся страховым агентом, звали его Яков Абрамович Лихтерман.  Пригласил в дом, разговорились, оказалось, что он бывший в прошлые годы директор совхоза, в котором и наша деревня Соснино тоже состоит территориально, но с наступлением «новых времён – лихих 90-х», не принял эти порядки и отношения властей, бандитской шпаны, ментов и пр., а ушёл на пенсию. Многие часы сиживали мы с ним за чаем и кофе у камина, находилось нескончаемое количество общих волнующих тем о про-шлом и настоящем, и меня постоянно радовало как человек, много лет обладающий  боль-шой властью и, практически решающий судьбы многих людей, не опустился до казно-крадства и личной  наживы, не упивался возможностью влиять на благосостояние семей, а получал удовлетворение от созидательного труда руководимого коллектива и жил верой в улучшение жизни благодаря этому труду. Не всё так было плохо и безнадёжно из его рас-сказов в те «застойные времена», как нам уже почти внушили за последние 20 лет и глав-ное, что он повторял не раз: «Если человек был не полный пьяница и лодырь, то у него всегда была возможность жить достойно и красиво, сохраняя при этом любовь к сельско-му труду и находя в нём удовлетворение».  Когда он рассказывал мне однажды о зимнем утре в деревне, у меня было полное ощущение присутствия в этой атмосфере настоящего русского деревенского благодатного бытия, что я ему посоветовал написать о своих вос-поминаниях, которые многим — бы открыли настоящее представление о той прошлой жиз-                                                           -2- ни, в которой в общем-то было в подавляющем хорошее и созидательное, что никак не получается сказать о настоящей…                                                               Вот одна из картинок той жизни, которую описывал в своих рассказах Яков Абрамович.      Зимнее морозное солнечное утро, он подъезжает на своём уазике к дому бригадира для того, чтобы обсудить планы на день. У крыльца стоит запряжённая в сани лошадь, заботливо накрытая тулупом, и жуёт сено. Из трубы над крышей вьётся дымок и распространяется аромат варящегося в печи обеда. Заходит в дом, и  хозяин приглашает за стол  завтракать глазунью на сале, наливает по стопке и идёт обсуждение планов работ на ближайшее время. Жена хозяина в это время провожает детей в школу. Все находятся в спокойном уравновешенном состоянии, уверенные в завтрашнем дне.    И не знают они, как это может настать жизнь в будущем, когда задёрганные, нервозные люди, которым перестали платить заработную плату, не представляя на что они будут жить, бросили свои сельские дома и в переполненном общественном транспорте или в многочасовых пробках, стремящихся на работу в город (чаще охранниками или продавца-ми-грузчиками на рынках) за нищенскую зарплату, чтобы потом стать больными пенси-онерами, не способными выживать на ту пенсию, которую им насчитало новое народив-шееся из непонятно откуда, жирующее чиновничье-воровское руководство, ничего не сделавшее, чтобы хоть как — то сохранить то население, которое кормило  от земли себя и горожан, давая им натуральные в полном смысле продукты, оставив разорённые хозяй-ства. Фермы, сданные в аренду под строительные магазины с работающими в них рабами-таджиками. Землю, проданную всеми неправдами под застройку коттеджами с толпами  гастарбайтеров, которые заселяют и на свой лад  постепенно осваивают бывшие наши благодатные просторы…                           Это я попытался, как мог передать ту атмосферу жизни, которую  рекомендовал ему описать, но он только улыбался, а однажды утром ко мне постучала в калитку женщина, которая назвалась страховым агентом, а на вопрос о Якове Абрамовиче  ответила, что он умер.     Вот такая история… Больше я свою избушку в деревне не страхую.                            Саша Овчинников                     осень 2009г. 
 

У меня умерла собака


У родителей собака Алиса, помесь чёрного терьера и афганской борзой, родила очень симпатичного чёрного щеночка с белыми носочками на лапках (смотри фото)  Отец тоже помесь туркменского алабая и кавказской овчарки, в общем смесь  помесей. Такого уникального создания, такую лапочку,  просто нельзя было не оставить себе, поэтому и назвали её Лапой. Жить определили у меня на даче. Сначала домик её был в коробке из под телевизора, а потом друг Гена, который стал  жить в деревне постоянно, сделал добротную утеплённую будку. Так началась её – Лапина самостоятельная жизнь круглый год «на свежем воздухе.»            Свободы у неё было на длину цепи метров пять. Я подумал, что это явно мало, да и контролировать надо баню и гостевой домик, поэтому через весь участок по диагонали метров сорок до пруда, где можно искупаться и попить когда не замерзло, протянули проволоку. Лапа, в отличие от соседских собак, с удовольствием носилась практически по всему участку. Жизнь на привязи прямо скажем – «не сахар» и единственная радость была, когда я на поводке выводил по выходным в поле у леса и отпускал  свободно побегать если в пределах видимости никого не было. Бег её был необыкновенно гибок и красив, чувствовалось присутствие в крови афганской борзой. На команду «ко мне» отзывалась не с первого раза и выполняла очень нехотя, поразмышляв и дождавшись строгих нот в голосе. Перед прогулкой Лапа сразу чувствовала, что я берусь за поводок и радости не было предела, она вся извивалась и тянула мою руку с необузданной силой, а на обратном пути шла рядом спокойно, с тоской глядя на забор своего участка. Участок своим она признала сразу, поэтому ночью можно было спать спокойно с открытыми дверями,  чувствуя себя под надёжной охраной,  стоило кому-нибудь постороннему приблизиться к забору – раздавался грозный лай и, высекая искры из проволоки мчалась «чёрная гроза».            После выходных дня два она тосковала и не притрагивалась к еде, а в пятницу чётко определяла в темноте издалека звук моей машины. Особенно она радовалась косточкам от обедов, накопленных за неделю. Так шли месяцы и прошло шесть лет.Понятно, ранним утром, не хочется вылезать из тёплой будки, а хозяин, как всегда не выспавшись, в понедельник уезжает на работу в Москву. Лапа, демонстрируя своё неудовольствие, так и не выходит, провожая грустными глазами, высунув морду из будки. Закрылись ворота и впереди у неё неделя тоскливых ожиданий хозяина, если  его можно так назвать.                           Бесчисленных гостей, которых, когда они вышли из машины, она спокойно долго обнюхивает, признает и позволяет проходить через ворота без опаски. Но чужаку она сделает несчастье.  Детям она позволяла делать с ней что они  хотели, а если она заигрывалась с ними, то надо было строго останавливать  во избежании травм от бешено носящегося вдоль проволоки такого крупного и сильного «домашнего животного». Как она не любила большую белую голую собаку у соседей через участок, когда ту привозили на выходные.  Бестолковому, бесконечеому лаю не было конца, пока еле заметные белые пятна мелькали сквозь два забора. Она любила сидеть у крылечка и ждать когда вынесут остатки с гостевого стола. А детям тоже очень интересно вынести чего нибудь от своей порции и ощутить близко чавкающую пасть. Впечатлений и радости новых ощущений остаётся надолго.             Раз в год, обычно в мае — июне необходимо было состричь свалявшуюся почти в грязный валенок  шерсть с застрявшим в ней мусором. Занятие мучительное для обоих на несколько дней, все ножницы тупятся, она вырывается и пытается прикусить мою руку, за это регулярно получая по холодному и мокрому как черносливина носу. Когда это заканчивается в виде догола остриженного, в некоторых местах до крови прихваченного                                                              -2-  ножницами, белого собачьего тела – радость её выражается неожиданно лёгким для неё бегом, высокими прыжками и всё большим пониманием с каждым годом, что жить всё-таки хорошо. Недели две кусают комары, как человека, даже в будке нет спасения.       Каждой весной, когда сходил снег, надо было убирать свидетельство того, что аппетит у Лапы отменный. Какашки, расположенные вдоль проволоки в таком хаотическом непредсказуемом порядке, что мог позавидовать опытный минёр, надо было мне собирать и уносить в крапиву к забору, а она всегда в эти минуты отходила подальше и наблюдала с виноватым видом.            А поздним вечером по субботам Лапе было приятно сидеть на полукруглом крылечке бани и слушать долгие разговоры в предбаннике. Периодически громыхая цепью и пугая «парильщиков», она ожидала момента прижаться боком к вышедшему на крыльцо охладиться   распарившемуся человеку. В эти мгновения я мысленно общался с ней, а она задумчиво смотрела в темноту, всё теснее прижимаясь ко мне. Иногда мне казалось, что  может это умершая двадцать лет назад бабушка Груша через Лапу общается со своим любимым внучком. Постоянно присутствовало ощущение, что Лапа чувствует и знает что-то, что недоступно нам в суете нашей человеческой жизни… Горе подступило незаметно и началось с безобидного кровотечения из под когтя в передней левой лапе, которое никак не удавалось остановить ни прижиганием марганцовкой, ни тугими бинтовыми повязками. Только через несколько дней, когда весь участок был в кровяных следах, при очередной смене повязки я заметил как собака проглотила часть отмотанного и пропитанного кровью бинта, и подумал, а куда делись все предыдущие повязки? Кровь удалось остановить только, после многодневной борьбы, оказавшейся по соседству в деревне дочери моего друга – молодого врача- ветеринара по образованию и призванию. Ольга, переживавшая больше чем я за мучения Лапы,  посоветовала вызвать скорую ветеринарную помощь, которая и удалила палец с когтем, т.к. он, отломившись внутри, постоянно резал кровеносные сосуды внутри пальца.            После операции вроде пошло на поправку и Лапа даже с аппетитом съела привезённые вечером кости, но оказалось, что радоваться преждевременно и через сутки, рано утром от непроходимости кишечника, закупоренного проглоченными бинтами, Лапа легла набок на траву и сердце её остановилось. Меня позвали внучки Ваня и Паша, рассказавшие, что Лапа лежит рядом с машиной на солнышке. Когда  вышел, я увидел словно живую,  с открытыми глазами, тёплую как обычно с горячим от солнца чёрным боком, бездыханную Лапу с вывалившимся языком. Никакой массаж грудной клетки ничего не дал…     Вот так закончилась жизнь моего бессловесного друга — собаки Лапы.     Теперь я не буду заводить собаку, потому что другой такой Лапы больше не будет.Внучки не осознали, что произошло, может это и лучше. А я постепенно с нарастающей тоской, всё глубже ощущаю, что  потерял близкое существо. Приходится постоянно проходить мимо висящей на будке всё больше ржавеющей цепи  и растёгнутого ошейника – это всё, что осталось из её личного имущества. И нет рядом преданной Души, которая так искренне меня ждала и скучала, а сейчас возможно наблюдает за мной из другого мира и с фотографий прошлых лет, где она обычно в куче гостей, чёрная с белым галстуком…                                                                                        15 августа 2009 года. Овчинников Саша.
 

Жизнь в машине


                                         ЖИЗНЬ  В  МАШИНЕ      Уже многие годы я езжу в своей машине на работу и с работы домой и на дачу, а также по рабочей надобности, по обслуживанию и содержанию разрастающегося хозяйства. Время, которое провожу сидя за рулём, по средним подсчётам составляет около трёх часов в день, 15 часов в неделю, 68 часов в месяц и 810 часов (почти 34 суток), а если с учётом сна – 50,25 дней в год. Цифра прямо скажем ошеломляющая и не укладывающаяся в сознании. Невозможно представить – полтора месяца  в году я, вместо того, чтобы купаться в море, погружаться с аквалангом,  лежать на пляже,  ходить под парусом, кататься на горных лыжах, путешествовать по самым привлекательным местам планеты, сидеть на даче с друзьями у камина  и париться в своей баньке, созидать – строить по давно родившимся в голове идеям: атракцион для детей на пруду в виде тарзанки или тренажёра-самолёта, вертолёта — амфибию, маяка из собранных в округе деревни камней, экспериментировать в создании альтернативных источников энергии, строить и летать на радиоуправляемых  самолётиках, и наконец взлетать в небо на паралёте, да ещё всегда рядом с ней – Любимой и любящей, самой красивой и нежной женщиной на свете…     И всё это время сидишь в самом, не побоюсь грубости – глубоком месте, в атмосфере всех возможных вреднейших для здоровья выбросов, практически без движения, в постоянном нервном напряжении, несмотря на то, что управление машиной за эти годы вошло в рефлексы и автомобиль сам движется в ту сторону и скоростью, какая появляется в мысли – почти как бывалая лошадь. Спасибо маме с папой и их родителям за то, что мой организм всё это пока выносит без серъёзных последствий для здоровья и есть надежда  очиститься от всего этого кошмарного времяпровождения.     А пока продолжаю сидеть и наблюдать в соседних машинах за их «счастливыми обладателями» (а среди них уже больше половины лиц женской наружности), как с чувством глубокого удовлетворения они с упорством падающего молота ежедневноповторяют этот долгий глупый ритуал – поездка на работу на своей машине. А как с смешны они на заправке, когда с осознанием, что жизнь удалась, они важно выходят из машины, думая, что все сейчас завидуют такому счастью и как фантастически привлекательно  я выгляжу.       Как разорвать этот порочный круг никчёмной ежедневной суеты, чтобы появилось ощущение душевного комфорта, что вот сейчас правильно живу в счастье душевного комфорта  в процессе созидания?       Может есть примеры ?Может это те, кто бросил всё в этой некомфортной для жизни Москве и уехал в деревню? Как например, олигарх 90-х Стерлигов, который  и живёт там уже около десяти лет с молодой женой-красавицей, бывшей моделью? Он даже отказался от бытовых электроприборов, его недавно показывали в новостях.           Ведь доходит до абсурда, особенно если задержишься на работе до 8 — 9  часов вечера, какой смысл тащиться в пробках два с лишним часа, чтобы наскоро переночевать и с 6  часов опять стоять в пробках на работу? А позже выезжать нельзя – поездка тогда  резко затянется, иногда на несколько минут задержавшись с выездом, оказываешься на работе на час позже. Ну и что это за жизнь?      А годы стали мелькать как раньше месяцы или даже – недели. Не успеваешь ничего понять и почувствовать, а прошли пятилетия! Это придаёт ещё больше уныния и    грусти. Но всё ещё остаётся надежда, что лучшее впереди…     Машины стареют и изнашиваются от такого напряжения пробегом и временем работы двигателя, их приходится менять. А что делать с телом, на которое и раньше-то не с восторгом смотрел в зеркале, а сейчас и вовсе не хочется расстраиваться смотреть.              Чтобы такое предложить для всех, кто за рулем в пробках проводит месяцы в году? Прежде всего осмыслить свой «автомобильный»  образ жизни. Помнить о том, что автомобиль это средство передвижения, а не средство простаивания в пробках. Может быть частично заменить поездки на автомобиле на передвижение общественным транспортом, с помощью велосипеда, а может быть и пешком. Изменить распорядок рабочего дня таким образом, чтобы появилась возможность не приезжать на работу день – два в неделю. Спланировать маршрут движения так, чтобы прихватить с собой еще одного – двух автомобилистов. Работать дома, обмениваться информацией по Е-mail, использовать интернет и т.п. Кое-кто мог бы использовать и передвижной офис в виде оборудованного микроавтобуса, где можно было бы принимать клиентов и иметь все виды связи и др. Уменьшив частоту поездок на  личном автомобиле на 1—2 дня в неделю, мы практически избавимся от пробок. Это предложения тех, кому по долгу службы было положено предвидеть такую критически складывающуюся ситуацию в г. Москве и области, хапнув на «точечной застройке» или просто стройках.      Но вот ситуация такая, и мы здесь вынуждены выживать, грустно пока…                                     Александр Овчинников декабрь 2010 года
 

после трагедии в Японии


                                               К СОБЫТИЯМ В ЯПОНИИ            Великий Шота Руставели в своей поэме «Витязь в тигровой шкуре» писал:                                               «Каждый мнит себя стратегом                                               Видя бой со стороны».            Я не могу взять на себя роль стратега, оракула  или ментора. Однако анализируя события в Японии, а эти события характерны для всего Тихоокеанского региона, приходят в голову некоторые мысли.       Большинство погибших – это в основном от волны цунами.         В основном – это люди, которых через несколько минут после  оповещения настигло всепоглощающей гигантской волной, захватило бурлящим потоком вместе с обломками строений, судов и машин, и вынесло далеко в океан, где тела погибших  легли на дно. Вероятность, что со временем их тела будут найдены, как показывает опыт предыдущих катастроф вызванных цунами, ничтожна.Как могла бы сложиться судьба многих погибших, если бы в эти минуты после оповещения, (а этого времени вполне достаточно, чтобы одеть спасжилет на себя и помочь близким) люди использовали без криков и паники,  на применение спасательных жилетов и поясов. Они как огнетушители,  всегда должны  висеть в доступном месте   в количестве необходимом для всех членов семьи. Жилет может спасти жизнь человеку потерявшему сознание, а погибших достаточно легко обнаружить на поверхности воды. Если есть возможность избежать смерти и увечий с помощью простого применения индивидуальных спасательных средств в экстремальной ситуации, почему же эта возможность не  используется?             Не понятно, почему такая простая, казалось бы, идея не была продумана и внедрена дисциплинированными и организованными японцами? А ведь это не последнее землетрясение со всеми вытекающими последствиями.                                Александр Овчинников                                 март 2011 года.   
 

страна клоунов


     Вот уже несколько лет, и с каждым годом всё сильнее, наблюдаю в окружающих меня и встречаемых людей тенденцию в одежде, от которой у меня, как казалось не агрессивного человека, возникает неистребимое желание спросить например у существа  мужской наружности, почему у него возникла необходимость появляться на людях в  надетых на себя трусах расцветки, как у волка из известного мультика «Ну погоди», из которых торчат кривые недоразвитые волосатые нижние конечности (у пропорци-ональных людей — ноги). Хотя погода ещё не такая жаркая, только растаял снег и выглянуло долгожданное солнце, предвкушая обычный ответ — что так не вспотеешь.      Другое дело женская часть населения – там если есть чего показать и Бог не обидел красотой, то одеть на себя вместо в подавляющей массе брюк (которые кстати тоже очень привлекательно открывают нежнейшие животики из под блузок),  просто радует глаз и улучшают настроение короткие юбочки и разнообразнейшие по расцветке и фасонам платьица. Там  природа заложила потребность нравиться противоположному полу, соблазнять и быть желанной.      Но что же всё-таки движет подавляющим большинством этих, с позволения сказать «мужчин» заголиться и одеть клоунские трусы, обезображивающие и без того далеко не атлетического сложение тельца с висящими животиками и просто брюхами?  Может это своего рода протест, сродни «хипарей» из далёких прошлых лет? А может это жест отчаяния, от того что на такого «самца» не положит глаз ни одна соблазнительная «самка» и остаётся принять образ прикольного клоуна? Или это скрытые гомосексуальные наклонности рвутся наружу таким образом? Может в противополож-ность священнослужителям, которые рясами прикрывают практически всё тело, эти любители показать свои нижние конечности выражают своё отрицание Церкви.  Остаётся только констатировать, что  у этих людей, которые для себя решили одеваться в клоунские или построже расцветкой трусы, некоторые с вариациями наличия карманов и длинны, как правило в шлёпанцах на босу ногу, изменённое, отличающееся от моего восприятие окружающего мира и своего позиционирования в нём. Я чувствую себя в этой среде некомфортно и просто боюсь, что и в других аспектах сознания у них всё по — другому…     Я, почему то уверен, что человек, появляющийся в таком виде везде кроме пляжа, не может ничего стоящего в этой жизни создать, ничем приятным удивить и ничего полезного после себя оставить, а вот навредить или насорить – это сколько угодно.     А как в прошлые времена красиво и гармонично смотрелись на мужчинах джинсы, не стесняющие движений, подчёркивающие их развитую мускулатуру, силу и мужествен-ность, которую как мне кажется, должны ценить настоящие женщины, которых Бог создал нежными и желанными своей слабостью и стройностью. Если наступают жаркие дни, то очень комфортно чувствуешь себя в тонких, хлопковых или льняных свободных брюках,                                                            -2- которые при необходимости защитят и от солнца, и от соприкосновений с горячими поверхностями. Брюки обычно подбирались  к рубашке или футболке. Обувь тоже может быть легка и комфортна (в отличие от шлёпанцев), и гармонировать с брюками и рубашкой. Ну почему от этого нужно было отказаться в пользу трусов? Даже на пляже вместо традиционных плавок, вероятно по тем-же причинам, что описывались ранее, стало «удобнее» купаться в длинных шортах с карманами, может они быстрее высыхают на солнце или нужно прикрыть кривые недоразвитые ноги?  Раздражает иррациональ-ность этих «веяний», в основном наверное в угоду кутюрье (как правило сомнительной ориентации), как они себя называют, желающих легко заработать, а придумать уже нечего.       Может показаться, что вот нудит старый брюзга и не помнит, как о нём в молодости также говорили старики про брюки «клёш» и т.п. Но сдаётся мне, что дело тут вовсе не в том, что я не хочу и не могу принять такую, как принято говорить свободную манеру одеваться на современном этапе, а в том, что размываются понятия красоты, гармонии, аккуратности и рациональности как в одежде, так и во взаимоотношениях людей.                              Александр Овчинников                               апрель 2011